Один пассажир стал причиной разворота самолёта, вынужденной посадки в Гяндже и почти трёх часов ожидания для 176 пассажиров и членов экипажа. А дальше произошло то, что оставило у меня ещё больше вопросов: пересадка в бизнес-класс, медицинский осмотр, скорая помощь, отказ покидать самолёт, полноценное питание и горячий напиток — пока весь самолёт продолжал ждать. Что ж… остановите самолёт, пассажиру стало плохо или хочется шоу.
23 августа 2026 года рейс AZAL J2021 Баку — Тель-Авив должен был вылететь в 09:05 по местному времени. Я сидел на 18-м ряду. В начале инцидента, всего в 3–4 метрах от пассажира, который находился примерно на 15–16-м ряду экономического класса.
Примерно через 7–10 минут после взлёта, во время набора высоты, у него начался сильный кашель. Кашель усиливался.
Экипаж объявил по громкой связи:
— Есть ли среди пассажиров врач?
Врачи нашлись сразу несколько. Была и медсестра.
Рейс всё-таки направлялся в Израиль — поэтому, видимо, врачи на борту нашлись особенно быстро.
После консультаций командир принял решение изменить маршрут. Это была не посадка по пути: самолёт уже значительно удалился от Баку и начал разворот в сторону Гянджи, аэропорта в Азербайджане. Все пассажиры могли видеть изменение маршрута на экранах перед своими креслами.
Бизнес-класс
Ещё до посадки в Гяндже пассажира пересадили из экономического класса в бизнес-класс. После этого я уже не мог постоянно его видеть, но прекрасно слышал происходящее. По моим наблюдениям, после сообщения о том, что из-за его состояния самолёт совершит вынужденную посадку, кашель заметно ослаб или практически прекратился.
А затем он снова и снова произносил одно слово:
— Тель-Авив.
— Тель-Авив.
— Тель-Авив…
Он повторял его примерно десять раз. Насколько я понял из ситуации, речь шла о том, садимся ли мы в аэропорту Тель-Авива. При этом было очевидно, что он понимал: до Тель-Авива нам ещё далеко. Но продолжал повторять только одно слово — «Тель-Авив».
Я не врач. Я не могу определить, что именно с ним происходило. Это могла быть астма, другое заболевание, психологический эпизод или совершенно иное состояние. Но дальше ситуацию наблюдал уже практически весь самолёт.
Гянджа. И совершенно сюрреалистическая картина
Самолёт сел в Гяндже. Через некоторое время после посадки пассажира осмотрел медицинский персонал. К самолёту уже подъехала скорая помощь — практически прямо к взлётно-посадочной полосе.
И именно тогда пассажир сказал по-русски:
— Я хочу домой.
Насколько я мог заметить, он понимал несколько языков, но говорил в основном на русском и, судя по всему, на азербайджанском. И, похоже, именно поэтому он не хотел покидать самолёт: его билет был куплен до Тель-Авива, а Гянджа не была его конечным пунктом.
Картина была абсолютно сюрреалистической.
Огромный пассажирский самолёт. Скорая помощь. Пустая взлётно-посадочная полоса. Практически ни одного другого самолёта вокруг. Позже я узнал, что аэропорт Гянджи относительно небольшой и обслуживает значительно меньше рейсов, чем крупные международные аэропорты. В тот момент ощущение было такое, будто мы вообще единственные, кто находится на всей территории аэропорта.
Затем к самолёту также прибыли полиция или сотрудники службы безопасности. Казалось бы, после медицинского осмотра, появления скорой и сотрудников безопасности пассажир должен был покинуть самолёт.
Но он не захотел выходить.
Возможно, формально он имел на это право: его билет был куплен до Тель-Авива, а самолёт должен был доставить его именно туда. Но в совокупности с тем, что произошло до этого, ситуация выглядела всё более странной.
Что-то здесь было явно не так.
Я не врач и не могу делать выводы о его психическом или физическом состоянии. Возможно, у него действительно было заболевание, приступ, сильная тревога или другое состояние, которое мы просто не могли понять. Но всё, что происходило перед глазами, выглядело необычно. И именно поэтому я хочу ещё раз подчеркнуть: это не медицинское заключение. Это исключительно мои наблюдения как пассажира.
А дальше началось ожидание
Пассажир не хотел выходить из самолёта. Насколько я слышал и видел, он отказывался что-либо подписывать и говорил, что не просил совершать посадку и ни за что отвечать или платить не собирается.
Мы ждали.
Нужны были документы и разрешение на дальнейший вылет. И всё это время пассажир оставался на борту. А затем произошло то, что видели уже пассажиры бизнес-класса и некоторые пассажиры эконома. Его полноценно покормили бизнес-питанием и принесли чай или другой горячий напиток. Некоторые пассажиры специально подходили ближе, чтобы понять, что происходит, и прямо напоминали ему, что из-за этой ситуации весь самолёт продолжает ждать.
Часть пассажиров была настроена гораздо жёстче и высказывалась за то, чтобы человека сняли с борта и оставили для медицинского обследования в Гяндже.
Но было ли это юридически и медицински возможно — я не знаю. Именно поэтому я не хочу давать оценку решениям экипажа.
Возможно, полноценное питание и спокойная обстановка действительно помогли его состоянию улучшиться. Я этого исключить не могу. Но со стороны всё выглядело парадоксально:
сильный кашель → разворот самолёта → пересадка в бизнес-класс ещё в воздухе → вынужденная посадка → медицинский осмотр → скорая → полиция или служба безопасности → «Я хочу домой» → отказ покидать самолёт → полноценное бизнес-питание → горячий напиток — и при этом весь самолёт продолжает ждать.
А что происходило с остальными?
Самолёт находился на земле почти два часа.
Пассажиры ждали документы и разрешение на вылет. Люди подходили к экипажу и пытались понять, когда мы наконец продолжим полёт. Один из пассажиров, сидевших за мной, спросил стюардессу:
— Ну что, мы наконец летим в Тель-Авив?
Ответ был:
— Да, если наш проблемный пассажир позволит.
Эта фраза очень точно передавала атмосферу в салоне.
Мне кажется, в такой ситуации пассажирам не хватало регулярной информации от авиакомпании. Мы видели разворот на мониторах, понимали, что сели совершенно в другом аэропорту, но не знали, сколько ещё будем ждать и что именно происходит.
При этом, по моим субъективным наблюдениям, примерно у 90% пассажиров не было интернета. Многие даже не могли нормально сообщить близким, что произошло с самолётом.
Дополнительная вода или какие-то снеки тоже были бы вполне уместны. Фактически пассажирам раздали только питьевую воду. Никто не устраивал бунт. Большинство понимало: если человеку действительно плохо, безопасность важнее расписания. Но забота должна быть не только об одном пассажире.
Но почему…
И вот здесь возникает главный вопрос: если человеку действительно было плохо — командир сделал абсолютно правильную вещь.
Но если состояние улучшилось настолько, что пассажир мог оставаться на борту, при этом отказывался высаживаться, получать помощь на земле или подписывать необходимые документы, возникает совершенно другой вопрос.
- Почему последствия одного человека должны нести 176 пассажиров и члены экипажа?
- Почему мы должны терять почти три часа?
- Почему должен задерживаться следующий рейс Тель-Авив — Баку?
- Почему пассажиры следующего рейса должны ждать самолёт, который всё ещё находится в Гяндже?
Я подчёркиваю ещё раз: я не врач и не утверждаю, что человек симулировал. Возможно, у него действительно серьёзные проблемы со здоровьем.
Другие пассажиры рассказали, что этот же человек якобы демонстрировал похожие симптомы десятью днями ранее на рейсе Тель-Авив — Баку. Другие утверждали, что видели его перед нашим вылетом в duty free и стали свидетелями эмоционального конфликта.
Это не мои наблюдения, и подтвердить эту информацию я не могу. Я отвечаю только за то, что видел и слышал сам. Но вся эта история оставляет очень много вопросов.
В авиации всё просто: если человеку плохо — ему должны помочь.
Но что происходит, когда один пассажир становится причиной изменения маршрута, вынужденной посадки и задержки сотен людей? Где заканчивается право одного человека на помощь и начинается его ответственность перед всеми остальными?
23 августа мы потеряли примерно 2 часа 45 минут.
И теперь хочется понять: кто и почему должен за это отвечать?
Понравилась статья Остановите самолёт, я поем? Подпишись на рассылку и поделись с друзьями! А ещё ты можешь выбрать тему будущего трэвел-хака – просто оставь запрос на него в комментарии. Большая часть работ авторов TravelHacks выходят в VK, Instagram, Telegram, Яндекс.Дзен и на Facebook, подписывайтесь!
